.RU

Книгу можно купить в : Biblion. Ru 31р - страница 7



изменяли жене и кормили белочек с ладони.

Ребята, с которыми мы сейчас жуем кукурузу, уверены в том, что человек

может быть хорошим только до определенного предела. Если жизнь припрет,

хорошие люди станут плохими, и это может случиться в самый неподходящий

момент. Чтобы не быть застигнутыми врасплох такой переменой, лучше с

хорошими не водиться. Лучше иметь дело с теми, кто сейчас плохой. По крайней

мере, знаешь, чего от него ждать, когда фортуна оскал продемонстрирует.

Полковник Кравцов в этом смысле для них свой человек. Идет, к примеру,

девочка грудастая по улице. Ягодицы, как два арбуза в авоське,

перекатываются. Что диверсант в этом случае делать будет? По крайней мере,

взглядом изнасилует, если по-другому нельзя. Но и полковник Кравцов так же

поступит, не постесняется. За это его уважают.

Опасен тот, кто женщине вслед не смотрит. Опасен тот, кто старается

показать, что это его не интересует совсем. - Вот именно среди этой публики

можно найти тайных садистов и убийц.

Кравцов к этой категории не относится. Любит он женский пол (а кто не

любит?) и секрета из этого не делает. Любит власть - зачем же свою любовь

скрывать? А любит он ее крепко. Любую власть.

Почувствовал я это, когда впервые увидел, как он куклу бил. Это был

апофеоз мощи и беспощадной власти. Кукла - это человек такой. Человек для

тренировки.

Когда ведешь учебный бой против своего товарища, то наперед знаешь, что

он тебя не убьет. И он знает, что ты его не убьешь. Поэтому интерес к

учебному бою теряется.

А вот кукла тебя убить может, но и тебя ругать не очень будут, если ты

кукле ребра переломаешь или шею.

Работа у нас ответственная. И рука наша не должна дрогнуть в

ответственный момент. И не дрогнет. А чтоб командиры наши полную уверенность

в том имели - подбрасывают нам для тренировки кукол. Куклы не нами выдуманы.

Их и до нас использовали, и гораздо шире, но назывались они по-другому. В ЧК

их называли гладиаторами, в НКВД - волонтерами, в СМЕРШе - робинзонами, а у

нас они - куклы.

Кукла - это преступник, приговоренный к смерти. Тех, кто стар, болен,

слаб, тех, кто знает очень много,- уничтожают сразу после вынесения

приговора. Но тот, кто силен да крепок, того - перед смертью используют для

усиления мощи нашего государства. Говорят, что приговоренных к смерти на

уран посылают. Чепуха. На уране обычные зеки работают. Приговоренных к

смерти более продуктивно используют. Один из видов такого использования -

сделать его куклой в Спецназе. И нам хорошо, и ему. Мы можем отрабатывать

приемы борьбы, не боясь покалечить противника, а у него отсрочка от смерти

получается.

Раньше гладиаторов да кукол на всех достаточно было. Теперь нехватка.

Во всем у нас нехватка. То мяса нет, то хлеба, а теперь вот и кукол не

хватает на всех. А желающих использовать кукол не убавляется. А где ты их

наберешь? Поэтому приказывают куклу длительно использовать, осторожно. Но

это на качество занятий не очень влияет. Ты его не можешь сильно калечить, а

у него ограничений нет. Он в любой момент умереть может. Терять ему нечего.

Шею свернуть запросто может. Оттого бой с куклой в сто раз полезнее, чем

тренировка с инструктором или с коллегой. Бой с куклой - настоящий бой,

настоящий риск.

Во всем батальоне Спецназ только один особый профессиональный взвод

допущен к тренировкам с куклами. Три обычные диверсионные роты о

существовании кукол просто не знают. Особый взвод отделен от батальона: и

место хорошо охраняется, и кукол содержать есть где.

Не любит Кравцов зря рисковать. Но любит власть. И потому, попав в

Дубровицу, он каждый раз переодевается и идет лично сам тренироваться на

куклах. Он тренируется долго и упорно. Он очень настойчив.


7.


Немного воды, полбанки кофе, коньяка солидную порцию - и на огонь. Это

варварское месиво должно долго вариться. Попьешь - будешь прыгать, как

молодой козлик. Приятный аромат щекочет ноздри.

Серый рассвет. Холодный туман. Едкий дым костра. Мы снова одни.

- Много КГБ нашей крови выпил?

- Ты, Витя, про всю армию или только про разведку?

- И про армию и про разведку.

- Много.

- Почему так получилось?

- Мы были очень наивны. Мы служили Родине, а чекисты служили сами себе

и партии.

- Это может повториться?

- Да. Если мы будем так же наивны, как и раньше...

Он мешает ложкой коньячное варево. А мне кажется, что он судьбу мою

вершит. Не зря он один со мной в глухой степи оказался. Не зря он разговоры

такие ведет. Рассказав мне об Аквариуме, он доверил мне - свою судьбу. Я же

ее поломать могу. Зачем он рискует так? Не иначе он от меня требует мою

собственную судьбу. Я согласен рисковать вместе с Кравцовым и ради него. Но

как мне выразить это?

- Мы не должны им позволить, чтобы это повторилось. Ради благополучия

нашей Родины мы должны быть сильными. Армия должна быть не менее сильной,

чем КГБ... - Внезапно я чувствую, что это именно то, чего он ждет от меня. -

Мы не должны им позволить этого. Монополия чекистской власти может удушить

советскую власть...

- Но и монополия власти военной может уничтожить советскую власть. Ты

этого не боишься, Виктор? - Он смотрит в упор.

- Не боюсь.

- Что бы ты на моем месте делал? На месте советских генералов и

маршалов?

- Я бы поддерживал жесткий контакт с коллегами.

Если один в опасности, все генералы и маршалы должны его защищать. Нам

нужна солидарность.

- Представь, что есть такая солидарность. Тайная, конечно. Представь,

что партия и ГБ решили свергнуть одного из нас. Как же всем остальным

реагировать? Бастовать? Всем в отставку подать?

- Я думаю, что мы должны отвечать ударом на удар. Но не по всем нашим

врагам, а только по самым опасным. Если вы лично имеете проблемы с местным

партийным руководством или с ГБ, не вам с ними биться, но все ваши друзья со

всего Союза должны наносить тайные удары по вашим врагам. И наоборот, когда

кто-то из ваших далеких друзей в беде, вы обязаны использовать всю свою мощь

для нанесения тайных ударов по его врагам...

- Хорошо, Суворов, но помни, что этого разговора никогда не было. Ты

просто перепил коньяка и все это сам придумал. Запомни, что лучше всего

стоять в стороне от всех этих драк, но тогда ты так и останешься в пыли.

Драка за власть - жестокая драка. Тот, кто проиграл, - преступник. Для

победителя все равно, совершал ты преступления или нет. Все равно

преступник. Так что лучше уж их делать, чем быть наивным дураком. С волками

жить... А то ведь съедят. Но уж если ты встал на этот путь, то лучше не

попадаться, а если попадаться, так не сознаваться, а уж если и сознаваться,

то в простом деле, а не в организованном. Каждый, кто дерется за власть,

имеет свою группу, свою организацию, и каждый не прощает этого своим

соперникам. Участие в организации - это самое страшное, в чем ты можешь

признаться. Это жуткий конец для тебя лично. Под самыми страшными пытками

лучше признаться, что ты действовал один. В противном случае пытки станут

еще страшнее. А теперь слушай внимательно.

Его голос резко изменился, как и выражение лица.

- Через неделю ты пойдешь контролером с группой Спецназ. Вас выбросят

на Стороженецком полигоне. На второй день группа распадется надвое. С этого

момента ты исчезнешь. Твой путь в Кишинев. Ехать только товарными поездами.

Только ночью. В Кишиневе есть педагогический институт. "Уровень национализма

в институте - выше среднего" - этот лозунг ты напишешь - ночью на стене.

Он протягивает мне листок тонкой папиросной бумаги.

- Ты по-молдавски не говоришь, поэтому запомни весь текст наизусть.

Сейчас. Попробуй написать. Еще раз. Помни, ты делаешь все сам. Если тебя

где-то остановят: ты отстал от группы, потерял направление. Стараешься сам

вернуться в штаб Армии без посторонней помощи. Поэтому ты по ночам едешь в

товарных вагонах. Смотри, не усни. Отсыпайся днями в лесу.

- Какой величины должны быть буквы?

- 15 - 20 сантиметров будет достаточно, чтобы свалить председателя

молдавского КГБ.

- Одним лозунгом?

- Тут особый случай. С национализмом в институте боролись давно и

безуспешно. Принимали самые драконовские меры. Донесли в Москву, что теперь

все хорошо. Твое дело доказать, что это не так. Может, конечно, подозрение

пасть на Одесский округ, но одесское военное руководство легко докажет свою

полную невиновность. Удар мы наносим не прямой, а из-за угла, из соседнего

округа. Я повторяю, ты действуешь сам. Ты видел этот лозунг на клочке

бумаги, который валялся на улице, выучил его наизусть и написал на стенке,

не зная его значения. Лучше быть дураком, чем конспиратором. Не забыл

лозунг?

- Нет.


8.


Нас бросали с трех тысяч метров. На второй день группа распалась

надвое. Командиры двух подгрупп знали, что с этого момента они действуют

самостоятельно, без контроля сверху...


9.


Через пять дней я появился в штабе Армии. Мой путь к начальнику

разведки. Я докладываю, что в ходе учений после разделения групп я должен

был встретить третью группу, но не встретил ее, потерял ориентировку и

долгое время искал правильный путь, не пользуясь картой и услугами

посторонних. Легкой улыбкой я докладываю, что дело сделано. Чисто сделано.

Легким кивком он дает мне знать, что понял. Но он не улыбается мне.


10.


Прошло три недели. Я внимательно слежу за всеми публикациями. Понятно,

что ни в местных, ни в центральных газетах никто ничего не опубликует. Но в

местных газетах может появиться статейка под названием "Крепить пролетарский

интернационализм!" Но нет такой статейки...

Он положил мне руку на плечо, он всегда подходит неслышно.

- Не теряй времени. Ничего не случится.

- Почему?

- Потому что то, что ты написал на стене, не принесет никому никакого

вреда. Текст был совершенно нейтральным.

- Зачем же я его писал на стене?

- Затем, чтобы я был в тебе уверен.

- Я был под наблюдением все время?

- Почти все время. Твой маршрут я примерно знал, а конечный пункт тем

более. Бросить десяток диверсантов на контроль - и почти каждый твой шаг

зафиксирован. Конечно, и контролеры не знают того, что они делают... Когда

человек в напряжении, ему в голову могут прийти самые глупые идеи. Его

контролировать надо. Вот я тебя и контролировал.

- Зачем вы мне рассказали о том, что я был под вашим контролем?

- Чтоб тебе и впредь в голову дурные идеи не пришли. Я буду поручать

тебе иногда подобные мелочи, но ты никогда не будешь уверен в том - идешь ты

на смертельный риск или просто я тебя проверяю. - Он улыбнулся мне широко и

дружески. - И знай, что материалов на тебя у меня столько, что в любой

момент я тебя могу превратить в куклу.

...Он смотрит на меня выжидающе, потом наливает по полстакана холодной

водки и молча кивает мне на один стакан:

- С начальником тоже иногда выпить можно. Не бойся, не ты ко мне в

друзья навязываешься, это я тебя вызвал, пей.

Я взял стакан, поднял его на уровень глаз, улыбнулся своему шефу и

медленно выпил. Водка - живительная влага. Он снова налил по полстакана.

- Слушай, Суворов, своим взлетом ты обязан мне.

- Я всегда об этом помню.

- Я за тобой наблюдаю давно и стараюсь понять тебя. На мой взгляд - ты

урожденный преступник, хотя об этом и не догадываешься и не имеешь уголовной

закалки. Не возражай, я людей знаю лучше, чем ты. Тебя насквозь вижу. Пей.

- Ваше здоровье.

- Осади огурчиком.

- Спасибо.

Лицо у него мрачное. По всей видимости, он до моего прихода уже успел

употребить. А выпив, он всегда становится мрачным. Со мной всегда происходит

то же самое. Он, видимо, это давно подметил, и по некоторым другим, почти

незаметным признакам с самого себя рисует мой портрет.

- Если бы ты, мерзавец, к уркам попал, то ты бы у них прижился. Они бы

тебя за своего считали, а через несколько лет ты бы в банде определенным

авторитетом пользовался. Возьми колбаски, не стесняйся. Мне ее из

спецраспределителя доставляют. Ты о существовании такой колбасы, наверное, и

не догадывался, пока я тебя к себе не забрал. Пей...

То, что водки в нем было уже более полкило, сомнений не было. Она

понемногу действовать начинала. Вилка в его руке точностью уже не

отличалась, но ум его от влияния алкоголя полностью изолирован. Говорит он

ясно и четко, мыслит тоже ясно и четко.

- Одно я в тебе, Суворов, не понимаю: ты в мучительстве наслаждения не

находишь или только скрываешь это? У нас широкие возможности наслаждаться

своей силой. Ваньку-педераста можно мучить столько, сколько душа пожелает. А

ты от этих удовольствий уклоняешься. Почему?

- Я в мучительстве наслаждения не чувствую.

Он покачал головой:

- Жаль.

- Это плохо для нашей профессии?

- Вообще-то, нет. B мире астрономическое число проституток, но лишь

немногие из них наслаждаются своим положением. Для большинства из них - это

очень тяжелая физическая работа и не более. Но независимо от того, нравится

проститутке ее работа или нет, ее уровень во многом зависит от отношения к

труду, от чувства ответственности, от трудолюбия. Профессией не обязательно

аслаждаться надо, не обязательно ее любить надо, но на любом месте

проявлять трудолюбие надо. Чего зубы скалишь?

- Оборот интересный - "трудолюбивая проститутка".

- Нечего смеяться, мы не лучше проституток, мы делаем не очень чистое

дело на удовольствие кому-то, и за наш тяжкий труд много получаем. Профессию

свою ты не очень любишь, но трудолюбив, и этого мне достаточно. Наливай сам.

Я налил.

- А вам?

- Немного совсем налей. Два пальца. Хорош. Я тебя вот зачем вызвал.

Прожить на нашей вонючей планете можно, только перегрызая глотки другим.

Такую возможность предоставляет власть. Удержаться у власти можно, только

карабкаясь вверх. Скользкая она очень. Кроме того, помощь нужна, и потому

каждый, кто по ее откосам вверх карабкается, формирует свою группу, которая

идет с ним до самого верха или летит с ним в бездну. Я тебя вверх тащу, но и

твоей помощи требую, помощи любой, какая потребуется, пусть даже и

уголовного порядка. Когда ты чуть выше вслед за мной поднимешься, то и ты

свою собственную группу сколотишь, и будешь ее вслед за собой тянуть, а я

тебя буду тянуть, а меня еще кто-то. А вместе мы нашего главного лидера

вверх продвигать будем.

Он вдруг ухватил меня за ворот:

- Предашь - пожалеешь!

- Не предам.

- Я знаю. - Глаза у него мрачные. - Можешь предавать кого хочешь, хоть

Советскую Родину, но не меня. Бойся об этом думать. Но ты об этом и не

думаешь. Я это знаю, по твоим сатанинским глазам вижу. Допивай и пошли.

Поздно уже. Завтра придешь на работу в 7.00 и к 9.00 подготовишь все свои

документы к сдаче. Меня назначили начальником Разведывательного управления

Прикарпатского военного округа. Туда, в Управление, я свою команду потяну за

собой. Конечно, я беру с собой не всех и не сразу. Некоторых позже перетяну.

Но ты едешь со мной сразу. Цени.


11.


Я не знаю, что со мной. Что-то не так. Я просыпаюсь ночами и подолгу

смотрю в потолок. Если бы меня отправили куда-то умирать за чьи-то интересы,

я бы стал героем. Мне не жалко отдать свою жизнь, и она мне совсем не нужна.

Возьмите, кому она нужна. Ну, берите же ее! Я забываюсь в коротком,

тревожном сне. И черти куда-то несут меня. Я улетаю высоко-высоко. От

Кравцова. От Спецназа. От жестокой борьбы. Я готов бороться. Я готов грызть

глотки. Но зачем это все? Битва за власть - это совсем не битва за Родину. А

битва за Родину - даст ли она утешение моей душе? Я уже защищал твои,

Родина, интересы в Чехословакии. Неприятное занятие, прямо скажем. Я улетаю

все выше и выше. С недосягаемой звенящей высоты я смотрю на свою несчастную

Родину-мать. Ты тяжело больна. Я не знаю чем. Может, бешенством? Может,

шизофрения у тебя? Я не знаю, как помочь тебе. Надо кого-то убивать. Но я не

знаю кого. Куда же лечу я? Может, к Богу? Бога нет! А может, все-таки к

Богу? Помоги мне, Господи!


* ГЛАВА V *


1.


Львов - самый запутанный город мира. Много веков назад его так строили,

чтобы враги никогда не могли найти центр города. Природа все сделала для

того, чтобы строителям помочь: холмы, овраги, обрывы. Улочки Львова

спиралями скручены и выбрасывают непрошенного посетителя то к оврагу

отвесному, то в тупик. Видно, я этому городу тоже враг. Центр города я никак

отыскать не могу. Среди каштанов мелькают купола собора. Вот он, рядом. Вот

обогнуть пару домов. Но переулок ведет меня вверх, ныряет под мост, пару раз

круто ломается, и я больше не вижу собора, да и вообще с трудом представляю,

в каком он направлении. Вернемся назад и повторим все сначала. Но и это не

удается. Переулок ведет меня в густую паутину кривых, горбатых, но

удивительно чистых улочек и наконец выбрасывает на шумную улицу с необычно

маленькими, чисто игрушечными трамвайчиками. Нет, самому мне не найти, и вся

моя диверсионная подготовка мне не поможет. Такси! Эй, такси! В штаб округа!

В Пентагон? Ну да, именно туда, в Пентагон.

Огромные корпуса штаба Прикарпатского военного округа выстроены

недавно. Город знает эти стеклянные глыбы под именем Пентагон.

Львовский Пентагон - это грандиозная организация, подавляющая новичка

обилием охраны, полковничьих погон и генеральских лампасов.

Но на деле все не так уж сложно, как кажется в первый день. Штаб

военного округа - это штаб, в распоряжении которого находится территория

величиной с Западную Германию и с населением в семнадцать миллионов человек.

Штаб округа отвечает за сохранность советской власти на этих территориях, за

мобилизацию населения, промышленности и транспорта в случае войны. Кроме

того, штаб округа имеет в своем подчинении четыре армии: воздушную,

танковую, две общевойсковые. Накануне войны штаб округа превратится в штаб

фронта и будет управлять этими армиями.

Организация штаба округа точно такая же, как и организация штаба армии,

с той разницей, что тут все на ступень больше. Штаб состоит не из отделов, а

из управлений, а управления, в свою очередь, делятся на отделы, а те на

группы. Зная организацию штаба армии, тут совсем легко ориентироваться.

Все ясно. Все понятно и логично. Мы, молодые пришельцы, еще раз

стараемся во всем убедиться и всюду суем свои носы: а это что? а это зачем?

Бывший начальник разведки Прикарпатского военного округа генерал-майор

Берестов смещен, а за ним ушла и вся его компания: старики на пенсию,

молодежь в Сибирь, на Новую Землю, в Туркестан. Начальником разведки

назначен полковник Кравцов, и мы - люди Кравцова - бесцеремонно гуляем по

широким коридорам львовского Пентагона. Строился он недавно и специально как

штаб округа. Тут все рассчитано, тут все предусмотрено. Наше Второе

управление занимает целый этаж во внутреннем корпусе колоссального

сооружения. Одно нехорошо - все наши окна выходят в пустой, огромный,

залитый бетоном двор. Наверное, так для безопасности лучше. Отсутствие

приятного вида из окон, пожалуй, единственное неудобство, а в остальном -

все нам подходит. Нравится нам и разумная планировка, и огромные окна, и

широкие кабинеты. Но больше всего нам нравится уход наших предшественников,

которые совсем недавно контролировали всю разведку в округе, включая и нашу

13-ю Армию. А теперь этих ребят судьба разметала по дальним углам империи.

Власть - дело деликатное, хрупкое. Власть нужно крепко держать. И осторожно.


2.


На новом месте вся наша компания, и я в том числе, обживаемся быстро.

Работа у нас все та же, только тут размах шире. Тут интереснее. Меня уже

знают, и мне уже улыбаются в штабе. У меня уже хорошие отношения с ребятами

из "инквизиции" - из группы переводчиков, мне уже рассказывают анекдоты

шифровальщики с узла связи и операторы из центра радиоперехвата. Но и за

пределами Второго управления меня уже знают. Прежде всего в боевом

планировании - в Первом управлении. Боевое планирование без наших прогнозов

жить не может. Но им вход в наше управление запрещен, и потому они нас к

себе зовут:

- Витя, что в ближайшую неделю супостат в Битбурге делать собирается?

Битбург - американская авиабаза в Западной Германии. И чтобы ответить

на этот вопрос, я должен зарыться в свои бумаги. Через десять минут я уже в

Первом управлении:

- Активность на аэродроме в пределах нормы, одно исключение: в среду

прибывают из США три транспортных самолета С-141.

Когда мы такие прогнозы выдаем, операторы улыбаются: "Хорошо тот парень

работает!"

Им, операторам, знать не положено, откуда дровишки к нам поступают. Но

операторы - люди, и тоже шпионские истории читают, и оттого они наверняка

знают, что у Кравцова есть супершпион в каком-то натовском штабе.

Супершпиона они между собой называют "тот парень". Хвалят "того парня", и

довольны им очень офицеры боевого планирования. Действительно, есть у

Кравцова люди завербованные. Каждый военный округ вербует иностранцев и для

получения информации, и для диверсий. Но только в данном случае "тот парень"

ни при чем. То, что от секретной агентуры поступает, то Кравцов в сейфе

держит и мало кому показывает. А то, чем мы боевое планирование питаем,

имеет куда более прозаическое происхождение. Называется этот источник

информации - графики активности. И сводится этот способ добывания информации

к внимательному слежению за активностью радиостанций и радаров противника.

На каждую радиостанцию, на каждый радар дело заводится: тип, назначение,

расположение, кому принадлежит, на каких частотах работает. Очень много

сообщений расшифровывается нашим пятым отделом. Но есть радиостанции,

сообщения которых расшифровать не удается годами. И именно они представляют

для нас главный интерес, ибо это и есть самые важные радиостанции. Понятны

нам сообщения или нет, на станцию заводится график активности и каждый ее

выход в эфир фиксируется. Каждая станция имеет свой характер, свой почерк.

Одни станции днем работают, другие - ночью, третьи имеют выходные дни,

четвертые не имеют. Если каждый выход в эфир фиксировать и анализировать, то

скоро становится возможным предсказывать ее поведение.

А кроме того, активность радиостанций в эфире сопоставляется с

деятельностью войск противника. Для нас бесценны сведения, поступающие от

водителей советских грузовиков за рубежом, от проводников советских поездов,

от экипажей Аэрофлота, от наших спортсменов и, конечно, от агентуры.

Сведения эти отрывочны и не связаны: "Дивизия поднята по тревоге", "Ракетная

батарея ушла в неизвестном направлении", "Массовый взлет всех самолетов".

Эти кусочки наша электронная машина сопоставляет с активностью в эфире.

Замечаются закономерности, учитываются особые случаи и исключения из правил.

И вот в результате многолетнего анализа появляется возможность сказать:

"Если вышла в эфир РБ-7665-1, значит, через четыре дня будет произведен

массовый взлет в Рамштейне". Это нерушимый закон. А если вдруг заработает

станция, которую мы называем Ц-1000, тут и ребенку ясно, что боеготовность

американских войск в Европе будет повышена. А если, к примеру...

- Слушай, Витя, мы, конечно, понимаем, что нельзя об этом говорить...

Но вы уж того... Как бы сказать понятнее... В общем, вы берегите "того

парня".


3.


Меня проверяют. Меня всю жизнь будут проверять. Такая работа. Меня

проверяют на уравновешенность, на выдержку, на сообразительность, на

преданность. Проверяют не меня одного. Всех проверяют. Кому улыбаешься, кому

не улыбаешься, с кем пьешь, с кем спишь. А если ни с кем - опять же

проверка: а почему?

- Заходи.

- Товарищ полковник, старший лей...

- Садись, - приказывает он.

Он - это полковник Марчук, новый заместитель Кравцова. У советской

военной разведки формы особой нет. Каждый ходит в форме тех войск, из

которых в разведку пришел.- Я, к примеру, - танкист. Кравцов - артиллерист.

В Разведывательном управлении у нас и пехота, и летчики, и саперы, и химики.

А полковник Марчук - медик. На малиновых петлицах чаша золотистая да змеюга

вокруг. Красивая у медиков эмблема. Не такая, конечно, как у нас, танкистов,

но все же красивая. В армии медицинскую эмблему по-своему расшяфровывают:

хитрый, как змей, и выпить не дурак.

Марчук смотрит на меня тяжелым, подавляющим взглядом. Гипнотизер, что

ли? Мне от этого взгляда не по себе. Но я его выдерживаю. Тренировка у меня

на этот счет солидная. Каждый в Спецназе на собаках тренируется. Если

смотреть в глаза собаке, то она человеческого взгляда не выдерживает.

Человек может ревущего пса взглядом остановить. Правда, если пес один, а не

в своре. Против своры нужно ножом взгляду помогать. В глаза ей смотришь, а

ножичком под бочок ей, под бочок. А тогда на другую начинай смотреть.

- Вот что, Суворов, мы на тебя внимательно смотрим. Хорошо ты работаешь

и нравишься нам. Мозг у тебя вроде как электронная машина... ненастроенная.

Но тебя настроить можно. В это я верю. Иначе бы тебя тут не держали. Память

у тебя отменная. Способность к анализу развита достаточно. Вкус у тебя

утонченный. Девочку из группы контроля ты себе хорошую присмотрел. Звонкая

девочка. Мы ее знаем. Она к себе никого не подпускала. Ишь, ты какой. А

вроде ничего в тебе примечательного нет...

Я не краснею. Не институтка. Я офицер боевой. Да и кожа у меня не та.

Шкура у меня азиатская и кровь азиатская. Оттого не краснею. Физиология не

та. Но как, черт их побери, они про мою девочку узнали?

- Как ни печально.. Суворов, но мы обязаны такие вещи знать. Мы обязаны

о тебе все знать. Такая у нас работа. Изучая тебя, мы делаем заключения, и в

своем большинстве это положительные заключения. Больше всего нам нравится

прогресс, с которым ты освобождаешься от своих недостатков. Ты почти не

боишься теперь высоты, закрытых помещений. Крови ты не боишься, и это

исключительно важно в нашей работе. Тебя не пугает неизбежность смерти. С

собачками у тебя хорошие отношения. Поднатаскать тебя, конечно, в этом

вопросе следует. Но вот с лягушками и со змеями у тебя совсем плохо.

Боишься?

- Боюсь, - признался я. - А вы как узнали?

- Это не твоя проблема. Твоя проблема научиться змей не бояться. Чего

их бояться? Видишь, у меня змеюги даже на петлицах сидят. А некоторые люди

лягушек даже едят.

- Китайцы?

- Не только. Французы тоже.

- В голодный год я, товарищ полковник, лучше бы людей ел...

- Они не от голода. Это деликатес. Не веришь?

Ну, конечно же, я этому не верю. Пропаганда. Мол, плохая жизнь во

Франции. Если он настаивать будет, я, конечно, соглашусь, что плохо

пролетариату во Франции живется. Но это только вслух. А про себя я останусь

при прежнем мнении. Жизнь во Франции хорошая, и пролетариат лягушек не ест.

Но не обманешь Марчука. Сомнение в моих глазах он разглядел без труда.

- Иди сюда. - В кинозал зовет, где нам фильмы секретные про супостата

крутят. Марчук кнопку нажимает, и на экране замелькала кухня, повара,

лягушки, кастрюли, красный зал, официанты, посетители ресторана. На

фокусников посетители не похожи, но лапки съели.

- Ну, что?

А что тут скажешь? Крыть вроде нечем. Но вот фильм недавно показывали

"Освобождение", и Гитлер там. Но ведь это не Гитлер совсем, а артист из ГДР.

Диц его имя. Вот если бы ты, полковник, сам лягушку съел, тут бы я тебе

поверил, а в кино что угодно показать можно, даже Гитлера, не то что

лягушек.

- Ну, что? - повторяет он.

Что ему скажешь? Скажи, что поверил, он тут же и прицепится, да как же

ты, разведчик, такой чепухе поверил? "Я тебе всякую чушь показываю, а ты

веришь? Да как же ты, офицер информации, сможешь отличать ценные документы

от сфабрикованных?

- Нет, - говорю, - этому фильму я поверить не могу. Подделка. Дешевка.

Если людям есть нечего, то они в крайнем случае могут съесть кота или

собаку. Зачем же лягушек? - Мне ясно совершенно, что фильм учебный.

Сообразительность проверяют. Вон у дамы какой пудель пушистый был. Тут меня

kodeks-spravedlivogo-ispolzovaniya-informacii-stranica-8.html
kodeks-torgovogo-moreplavaniya-novij-chast-11.html
kodeks-torgovogo-moreplavaniya-novij-chast-17.html
kodeks-torgovogo-moreplavaniya-novij-chast-21.html
kodeks-torgovogo-moreplavaniya-novij-chast-26.html
kodeks-torgovogo-moreplavaniya-novij-chast-32.html
  • textbook.bystrickaya.ru/ivan-shahparonov-termoyad-bil-blizkoj-i-dostizhimoj-mechtoj.html
  • pisat.bystrickaya.ru/svodnij-nacionalnij-otchet-2010-goda-po-realizacii-orhusskoj-konvencii-v-ukraine-familiya-imya-otchestvo-stranica-7.html
  • znaniya.bystrickaya.ru/razdel-2-dengi-denezhnoe-obrashenie-programma-vstupitelnogo-ekzamena-v-aspiranturu-po-specialnosti-08-00.html
  • studies.bystrickaya.ru/galaktika-kak-uroven-megamira.html
  • essay.bystrickaya.ru/czin-sin-chzhun-kitajskaya-narodnaya-medicina.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava8-polnomochiya-korporacii-v-perehodnij-period-zakon-ot-1-dekabrya-2007g-n317-fz-o-gosudarstvennoj-korporacii.html
  • lektsiya.bystrickaya.ru/programma-oblastnogo-metodicheskogo-seminara-dlya-prepodavatelej-srednih-specialnih-muzikalnih-uchebnih-zavedenij-dmsh-i-dshi-moskovskoj-oblasti.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-16-universalii-v-iskusstve-uchebnika-dlya-studentov-visshih-uchebnih-zavedenij-obuchayushihsya-po-specialnostyam-kulturologiya.html
  • spur.bystrickaya.ru/konferenciya-sostoitsya-v-g-moskve-i-projdet-v-distancionnom-formate-priem-zayavok-v-neskolko-etapov-do-30-maya-2012-g-v-iyunskij.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-13-put-v-nochi-charlz-uilyams.html
  • thesis.bystrickaya.ru/pozitivnaya-psihoterapiya-romanin-a-n-r-69-osnovi-psihoterapii-ucheb-posobie-dlya-stud-vissh-ucheb-zavedenij.html
  • writing.bystrickaya.ru/internet-resursi-gosduma-rf-monitoring-smi-27-dekabrya-2006-g.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/anatolij-bibilov-vazhno-nauchitsya-dobivatsya-uspehov-na-mirnom-sozidatelnom-poprishe-internet-resurs-cominforg-20092011.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/lekciya-7-vremena-razdeleniya-carstv-domashnee-zadanie-13-lekciya-1-13-kniga-bitie-13-vremena-patriarhov-dopotopnoe.html
  • credit.bystrickaya.ru/perekritiya-i-rabochie-ploshadki-obshie-rekomendacii-ogranichenie-vozdejstvij-tehnologicheskogo-processa-i-sistem-inzhenernogo.html
  • learn.bystrickaya.ru/familiya-imya-otchestvo-zamyatin-sergej-vladimirovich.html
  • tasks.bystrickaya.ru/23-prakticheskie-zanyatiya-programma-povisheniya-kvalifikacii-rabotnikov-municipalnih-organov-lic-zameshayushih-municipalnie.html
  • tetrad.bystrickaya.ru/uchebno-metodicheskij-kompleks-dlya-studentov-zaochnogo-obucheniya-specialnosti-prikladnaya-informatika-v-ekonomike.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/licenzionnij-kontrol-doklad-upravleniya-federalnoj-sluzhbi-gosudarstvennoj-registracii-kadastra-i-kartografii.html
  • crib.bystrickaya.ru/innovacionnie-obrazovatelnie-sistemi-hh-veka-uchebnik-novogo-veka.html
  • education.bystrickaya.ru/142-uchebno-tematicheskij-plan-rabochej-programmi-uchebnoj-disciplini-zo-sokrashennaya-programma.html
  • kolledzh.bystrickaya.ru/91-razdel-7-dohodi-osobennosti-vedeniya-buhgalterskogo-ucheta-po-kazahstanskim-standartam.html
  • tasks.bystrickaya.ru/23-approksimaciya-reshenij-differencialnih-uravnenij-uchebno-metodicheskoe-posobie-rekomendovano-metodicheskoj-komissiej.html
  • credit.bystrickaya.ru/osnovnie-harakteristiki-byudzheta-municipalnogo-obrazovaniya-osnovnie-napravleniya-i-pokazateli-povisheniya-effektivnosti-rashodovaniya-byudzhetnih-sredstv.html
  • school.bystrickaya.ru/chto-delat.html
  • universitet.bystrickaya.ru/strategiya-socialno-ekonomicheskogo-razvitiya-municipalnogo-obrazovaniya.html
  • grade.bystrickaya.ru/n-p-ivanov-a-v-petrov-naimenovanie-organizacii-gorod.html
  • write.bystrickaya.ru/gore-ot-uma-naivnoj-veri-i-nds-monitoring-smi-za-period-yanvar-fevral-2010g.html
  • paragraph.bystrickaya.ru/metodicheskie-rekomendacii-o-prepodavanii-istorii-i-obshestvoznaniya-v-2007-2008-uch-g-i-stranica-4.html
  • literature.bystrickaya.ru/celi-programmi-6-harakteristika-uchashihsya-kotorim-adresovana-programma-7.html
  • literatura.bystrickaya.ru/referat-po-mirovoj-ekonomike-braziliya.html
  • pisat.bystrickaya.ru/travmatizm-i-profzabolevaniya-pravovie-i-normativno-tehnicheskie-osnovi-obespecheniya-bzhd-2.html
  • upbringing.bystrickaya.ru/kogda-deti-layut-vse-stati-dlya-zhurnala-moj-rebyonok.html
  • studies.bystrickaya.ru/bolshakov-aa-reshenie-kvorum-est.html
  • teacher.bystrickaya.ru/glava-24-v-odnom-bezlyudnom-meste-smok-prizraka-proshalnij-podarok-otca-peredal-ej-v-zale-vileta-nariti-sekretar.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.